Вторник, 12 декабря 2017 18 +   Подписка на обновления  RSS  Письмо редактору

Меньше секунды, чтобы открыть огонь: как обучают российский спецназ

22 октября 2017

Во вторник, 24 октября, свой профессиональный праздник отмечают военнослужащие подразделений специального назначения Вооруженных сил России. Наш корреспондент побывал в одном из подразделений спецназа в Тамбовской области и узнал, за сколько времени взвод разведчиков уничтожает вражескую автоколонну, для чего российским спецназовцам австрийские винтовки и почему эти бойцы любят чернослив.


фото: Григорий Миленин

Мы на полигоне где-то под Тамбовом. Посреди осеннего леса кипит жизнь — по проселочным дорогам носятся грузовые «Уралы» и приземистые «Тигры», то и дело попадаются группы бойцов в маскхалатах необычной расцветки, со стороны поля, где расположено стрельбище, слышна пальба. Нам туда — тамбовские спецназовцы покажут, как они обезвреживают террористов.

На стрельбище оборудована импровизированная комната — дверь в фанерном щите, а за ней расставлено несколько мишеней, изображающих бородатых злодеев в арафатках. Один боец вооружен новым пистолетом Ярыгина, у другого в руках — обычный ПМ.

— На все у вас меньше двух секунд, — инструктирует стрелков офицер. — Внимание, пошли!

Разведчики врываются в импровизированную комнату и за мгновение расстреливают в решето четырех картонных «бармалеев».

—Тут очень важна внезапность и скорость стрельбы, — объясняет спецназовец, представившийся Сергеем. — На практике нужно открывать огонь через 0,7 секунды после того, как проник в помещение. Иначе противник среагирует и сам начнет стрелять.

Стрелковая подготовка в таких подразделениях — одна из основных, рассказывает наш собеседник. Если в обычных войсковых подразделениях бойцы учатся стрелять преимущественно из одного вида огнестрельного оружия — автомата, пулемета или снайперской винтовки, — то в спецназе обучают стрелять из всего: от пистолета до гранатомета. Кстати, большим плюсом для человека, который попадет сюда служить, будет опыт занятий практической стрельбой, особенно ее разновидностью — оборонительной, когда человек стреляет из-за укрытия и из неудобных положений.

— Вы сейчас стреляли из пистолета Ярыгина. Как он по сравнению с ПМ?

— Неплохое изделие, он почти в два раза мощнее, можно снаряжать его разными патронами. Если что, даже натовские 9х19 Parabellum подойдут. Еще бы качество подтянуть — по сравнению с «Макаровым» у ПЯ меньше ресурс, металл, из которого он сделан, так себе.

Недавно тамбовские спецназовцы получили партию специальных пистолетов Сердюкова «Вектор». По словам Сергея, это единственный пистолет, из которого можно подбить автомобиль.

— Бронебойными пулями из «Вектора» можно не то что радиатор прострелить — при удачном попадании они и сам двигатель расколют.

Но при всей универсальности спецназовцы в основном вооружены автоматами Калашникова АК-74. Правда, многие бойцы модернизируют их под себя. Кто-то ставит на автомат эргономичные пистолетные рукоятки, другие прикручивают цевье с раскладной ручкой. Командиры это не запрещают.

Кстати, не брезгуют тамбовские военные и зарубежными образцами стрелкового оружия, в частности снайперского. Например, они используют три разновидности австрийских Steyr-Mannlicher под патроны НАТО калибров 7,62 и 8,6 мм. Как говорят сами спецназовцы, эти винтовки они применяют для уничтожения наиболее важных и особо опасных целей.

— Чем они лучше наших? — спрашиваю задумчивого бойца, который не захотел называть своего имени, а представился просто: разведчик.

— Ствол точнее сделан. Его изготавливают методом холодной ротационной ковки, от того нарезы получаются лучше.

Со стрельбища перемещаемся в лес, на практическое занятие. Прыгучий армейский «УАЗ» везет нас в глубь полигона, где на безлюдной дороге взвод спецназа будет отрабатывать нападение на автоколонну условного противника. По легенде, передовой отряд разведчиков сообщил, что через некоторое время здесь проедут три грузовика, в одном из них — особо важный груз, предположительно, секретные документы.

На месте засады тихо и как будто никого нет. Но вот за кустами неслышно поднимаются три тени и, пригнувшись, подбегают к дороге. Это саперы, их задача — заложить мину (в нашем случае — ее имитатор), которая подорвет головную машину, из-за чего вся колонна остановится.

Один боец прячет мину в грунте, подсоединяет к ней электрический провод, второй прокладывает его от дороги к зарослям, маскируя лежащий шнур травой, а третий разведчик следит за окружающей обстановкой. Адская машинка установлена, и три бойца вновь бесшумно растворяются в осеннем лесу. Но вот за поворотом послышался звук мотора, из-за поворота выползают три грузовика и едут к засаде. Бабах! Лес тонет в грохоте выстрелов, из ниоткуда появляются человек пятнадцать и, не переставая стрелять по «врагу», бегут к машинам. Вот один грузовик осмотрен — пусто! Второй — тоже, только гора «трупов» в кузове. В кабине третьего разведчики наконец находят пакет с надписью «секретно» и по сигналу командира срываются в лес. На все ушло меньше четверти минуты.

Чтобы обладать такой прытью, бойцы спецназа проходят специальную физическую подготовку. От общевойсковой она отличается тем, что основной упор в ней делается на выносливость, чтобы разведчик мог проходить большие расстояния с тяжелым грузом в рюкзаке.

— На занятиях для нас стандартным является район площадью 300 квадратных километров, — рассказывает один из разведчиков. — На этом просторе надо найти цель, вот как эту автоколонну, поразить ее и скрыться. Сложность еще и в том, что мы двигаемся с постоянным сбиванием ритма. Где-то идешь быстрым шагом, потом приходится ползти, а затем вскакивать и бежать что есть сил. И так постоянно.

По его словам, на обычных тренировках спецназовцы совершают марши по 30–40 километров, каждый при этом несет груз до 40 кг. А на так называемых комплексных занятиях, когда приходится выполнять и учебно-боевые задачи, можно протопать и все 120 км. Наверное, поэтому в спецназе нет «маргариновых» амбалов, все бойцы жилистые.

— Сколько же еды надо с собой брать, чтобы столько сил было?

— Продуктов мы берем с собой мало, в основном мясные консервы из индивидуальных рационов питания (современный сухой паек. — Ред.), — говорит разведчик. — Бойцы, кто помоложе, накупают в спортивных магазинах питательные батончики, а я предпочитаю просто сухофрукты. Закинул горсть в рот — считай, пообедал.

— Изюм и курагу?

— Да, но в особенности — чернослив. В нем много калия, хорошо сердце стимулирует. И от чернослива не хочется пить.

— Хитро. Так можно обмануть жажду?

— Обмануть ее невозможно, нужно ее просто перебороть силой воли. Вода в нашем деле дороже золота, редко когда берем с собой больше трех литров. Экономить ее хорошо помогает препарат регидрон, мы его иногда пьем перед выходом на задание. Вкус у него, конечно, омерзительный, но воду в организме он держит неплохо.

На обратном пути с полигона разговорились с офицером, сопровождавшим группу журналистов.

— Все-таки кем должен быть боец спецназа — метким стрелком или прытким атлетом?

— И то и другое, — говорит суровый подполковник. — Но при всем этом он должен обладать острым умом, быстро принимать правильные решения, быть наблюдательным. Ты сегодня видел работу диверсионной группы, в ней состоят в основном рядовые и сержанты. А при этом у многих из них есть высшее образование.

Источник


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2017 ТАС
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru