Вторник, 12 декабря 2017 18 +   Подписка на обновления  RSS  Письмо редактору

Пятый элемент

30 ноября -0001

Впонедельник в Москве в Следственном управлении СКР по ЦФО за дачу заведомо ложных показаний в судебном процессе по делу Алексея Лазарева возбуждено уголовное дело в отношении Юрия Гаврилина, директора департамента по правовому обеспечению и контролю. В лжесвидетельстве также подозреваются два подчиненных экс-директора департамента по экологии и природным ресурсам — Филатов и Жидков. С учетом уже осужденного за получение взятки Алексея Лазарева из нынешней команды губернатора уже пятый руководитель департамента попал под следствие. Напомним, что продолжается расследование по делу Евгения Юдина (департамент здравоохранения), Тамары Лисицыной (управление госслужбы) и Виктора Волкова (департамент имущественных отношений).

Новое уголовное дело возбуждено по инициативе и по материалам проверки, проведенной в прокуратуре Тульской области. На этом настояли государственные обвинители, работавшие в процессе по делу Лазарева. Напомним, что Гаврилина и Филатова в суде допросили по ходатайству стороны защиты. Высокопоставленные чиновники со свидетельской кафедры заявили, что принятие решений по выдаче лицензий на разработку недр в соответствии с законом Тульской области — прерогатива администрации Тульской области, а не департамента, который возглавлял Лазарев.

Ответ на вопрос, почему для защиты было так важно убедить присяжных в отсутствии у Лазарева необходимых властных полномочий, можно найти в решениях Пленума Верховного суда РФ. Вымогательство денег при отсутствии реальных рычагов для решения вопросов — это уже не взятка, а мошенничество. В России по сложившейся судебной практике при рассмотрении дел в судах переквалификация деяния с 290-й статьи УК РФ (получение взятки) на 159-ю статью (мошенничество) недопустима и ведет к оправдательному приговору. Чего и добивались защитники Лазарева.

Но присяжные заседатели признали, что именно директор департамента по экологии и природным ресурсам принимал решение по лицензиям. В том числе и на этом основании коллегия присяжных признала Лазарева виновным в получении взятки, этот приговор признал законным и справедливым Верховный суд РФ.

Вчера Юрий Гаврилин приехал в редакцию, чтобы прокомментировать ситуацию.

Юрий Гаврилин, директор департамента Тульской области по правовому обеспечению и контролю:

— Начнем с того, что в сентябре 2009 года в Тульском областном суде с участием присяжных начался процесс по обвинению Алексея Лазарева в получении взятки в размере 3 миллионов рублей за не проведение проверочных мероприятий, которые могли привести к прекращению лицензии трех предприятий по разработке недр.

Сторона защиты пригласила меня выступить в качестве свидетеля по этому уголовному делу. Адвокатов Лазарева интересовали полномочия департамента по экологии и природным ресурсам по выдачи лицензий и их отзыва. Поскольку в компетенцию правового департамента входит экспертиза правовых актов, связанных с деятельностью всей администрации Тульской области, никаких затруднений с тем, чтобы представить сведения о компетенции департамента не было. Сторона защиты заявила ходатайство о вызове меня в суд в качестве свидетеля. Это ходатайство, кстати, прошло с трудом, сторона обвинения возражала, но судья удовлетворила просьбу адвокатов.

Вопросы все были для меня ожидаемые, они касались порядка прекращения права пользования недрами и лицензирования. В соответствии с новой редакцией закона «О недропользовании» от 13 июля 2009 года в Тульской области изменился порядок представления участков для разработки недр. Согласно изменениям администрация Тульской области принимает решение о предоставлении участка недропользования, на основании этого решения, которое оформляется в виде постановления, департамент экологии и природных ресурсов выполняет техническую работу — выдает лицензию. До принятия этого закона департамент самостоятельно распоряжался: дать или отобрать лицензию. По инициативе губернатора Тульская областная Дума внесла изменения в закон. Закон менялся для снижения коррупционной составляющей, поскольку посчитали, что если департамент сам выдает, контролирует, решает вопрос об аннулировании лицензий — это классический коррупциогенный фактор.

Ирина Парамонова:

— Закон был принят 13 июля, а когда вступил в законную силу?

Ю. Г.: Через три дня, 16 июля, когда был опубликован в «Тульских известиях».

Собственно говоря, вот и все показания. Можете посмотреть сами. Вот протокол судебного заседания.

И. П.: Как в таком случае вы объясните, что Лазарев осенью 2009 года выдал три лицензии?

Ю. Г.: Объяснение есть. Было решение арбитражного суда, признавшего, что департамент незаконно прекратил действие лицензии трех предприятий, и обязавшего именно департамент возобновить эти лицензии.

И. П.: Всем в России прекрасно известно, что законы у нас начинают действовать, когда появляются подзаконные акты. За примерами далеко ходить закон «О полиции» действует с 1 марта, а полицейский в Тульской области пока один. По каким причинам сразу не были приняты подзаконные акты по закону «О недропользовании»?

Ю. Г.: С надзирающими органами действует соглашение о проведении предварительной правовой экспертизы. По этим проектам постановлений администрации Тульской области прокуратура Тульской области три месяца проводила экспертизу. Плюс все согласования у нас в администрации. К сожалению, существует достаточно сложная процедура прохождения постановления, при хорошем стечении обстоятельств — месяц. Вот и получается, что месяцев пять разбег произошел.

И.П.: На самом деле гораздо больше. Постановление администрации Тульской области «Об утверждении порядка переоформления лицензий на пользование участками недр» подписано только 15 марта 2010 года, а постановление «Об утверждении Порядка предоставления недр для разработки месторождений общераспространенных полезных ископаемых» через 9 месяцев — 1 апреля 2010 года. В это время Лазарев уже был под стражей. Получается, он руководствовался в своей работе старыми документами, которые давали ему право на выдачу лицензий?

Ю. Г.: Нет, с 13 июля 2009 года уже действовал закон, который сильнее подзаконных актов, и департамент должен был руководствоваться законом, а подзаконные акты применять в части, не противоречащей закону.

И. П.: Почему сторона защиты не вызвала вас на допрос на предварительном следствии?

Ю. Г.: На этом вопрос не смогу ответить.

И. П.: Какой ответ получили в СУ СКР по ЦФО из администрации Тульской области на запрос о полномочиях директора департамента по экологии и природным ресурсам во время предварительного следствия по делу Лазарева?

Ю. Г.: Действительно, есть этот ответ. С собой не захватил. Но я помню, что в нем. Документ готовил департамент экологии, ссылался на подзаконные акты, новый закон во внимание принят не был. Из текста ответа следует, что департамент обладает полномочиями по выдаче лицензии. Но одно дело выдача лицензии, а другое — принятие разрешения о предоставлении права пользования участками недр. Департамент и сейчас имеет полномочия по выдаче лицензий, но это технический момент.

И. П.: Не пытались ли вы и в суде перед присяжными подменять понятия, лицензия, выдача разрешения на распоряжение недрами?

Ю. Г.: Я принял решение об участии в суде по делу Лазарева именно для того, чтобы не произошло подобной подмены понятий. Я говорил то, что прописано в законе Тульской области. Я понимал, что мои показания играли серьезную роль, давали шанс на оправдательный приговор.

И. П.: Но Лазарева признали виновным, и Верховный Суд РФ оставил приговор в силе.

Ю. Г.: Это так. В России действует принцип состязательности и равноправия сторон. Сторона обвинения оказалась более убедительной. Можно только порадоваться, что гособвинители научились осуществлять надлежащую работу в суде присяжных. Понятно, что в любом деле есть и проигравшая сторона, и если мы встанем на эти рельсы поиска лжесвидетелей, то по каждому делу придется привлекать свидетелей к ответственности. Это естественная ситуация: сторона защиты представляет свои доказательства, обвинения — свои.

И. П.: Вы хотите сказать, что у каждого своя правда?

Ю. Г.: Свидетель говорит о том, что знает. Я говорил то, что знал, в пределах своей компетенции.

Чтобы возбудить уголовное дело, нужны поводы и основания. Для 307-й статьи УК РФ важны три обстоятельства. Первое, ложность показаний. Какие они ложные, если это цитаты из действующего законодательства области? Показания содержат ссылки на правовые акты. Я говорил то, что знал, в пределах своей компетенции. То есть я не давал оценку действиям подсудимого, а говорил о компетенции возглавляемого им органа.

Второй момент: ложность показаний должна быть заведомой. Человек должен знать, что это не так, и намеренно утверждать обратное. Установить это можно только одним способом — взять объяснения. Этого сделано не было, а значит, предварительная проверка проведена не в полном объеме. В понедельник около 20 часов на мой мобильный поступил звонок из нашего Следственного управления. Следователь Игнашин, который расследовал на начальном этапе дело Лазарева, сообщил, что ему на факс поступила информация о том, что в отношении меня возбуждено уголовное дело. Первая реакция — шок. У меня никаких объяснений не брали, поставили перед фактом. Во вторник в Москве мне вручили копию постановления, я заявил ходатайство представить материалы, которые послужили основанием для возбуждения уголовного дела, но получил отказ.

Третий элемент, ложность должна быть установлена вступившим в силу решением суда. Вот приговор по делу Лазарева, оглашенный на основании вердикта присяжных. В нем нет оценки и анализа доказательств, в том числе и моих свидетельских показаний.

И. П.: Насколько я помню, вопрос о полномочиях Лазарева входил в вопросный лист для присяжных, и они дали на него ответ при оглашении вердикта, который лег в основу приговора.

Ю. Г.: В постановлении имеется ссылка на приговор.

И. П.: Нет здесь слова «приговор». Следователь в постановлении ссылается на то, что ваши показания «были опровергнуты коллегией присяжных».

Ю. Г.: Тем не менее, судом не давалась оценка моих показаний. И еще раз повторю, фраза в постановлении о том, что я, якобы, «умышлено дал заведомо ложные показания о том, что в должностных обязанностях Лазарева отсутствовали полномочия на право пользования недрами, прекращению и приостановлению их действия», ничем не подкреплена.

Смотрите протокол судебного заседания. Я говорил о том, что администрация принимает решение о выдаче, департамент только его реализует. Не важно, кто выписывает бумажку, важно, кто принимает решение.

И. П.: Как же, принято считать, чья подпись на документе, того и решение?

Ю. Г.: Да, на лицензии — подпись Лазарева, но это не значит, что он принял решение.

И. П.: Скажите, вы ведь могли отказаться от участия с этой некрасивой истории?

Ю. Г.: Не мог, был вызван повесткой в суд.

И. П.: Но ведь вас попросил об этом адвокат, с вами наверняка обсуждалось, зачем предстоит выступить в суде. Никто же не мог заставить?

Ю. Г.: Я не мог отказаться по морально-этическим соображениям. В деле есть письмо за моей подписью, ответ на запрос.

И.П.: Вы что же подписали документ, который готовили для следователя в департаменте экологи о полномочиях Лазарева, не глядя?

Ю.Г.: Смотрел, конечно. Там все верно, но еще раз повторю, право на выдачу лицензии в департаменте — это технический момент, решение принималось в администрации Тульской области. Положения закона меня и попросили прокомментировать в суде защитники.

И.П.: Как вы оцениваете сам факт возбуждения уголовного дела?

Ю.Г.: Я считаю, что запущена правоохранительная машина, чтобы дискредитировать опять должностных лиц администрации, представить команду губернатора в виде некой шайки жуликов, но это абсолютно не соответствует фактическим обстоятельствам, и с юридической стороны не выдерживает никакой критики. У следствия не было оснований, чтобы запускать эту правоохранительную машину.

Ситуация вызывает недоумение. Я исследовал судебную практику по 307-й статье УК РФ, дел мало, по пальцам можно сосчитать. И все дела, что человек признает, что сначала говорил одно, а потом другое.

И.П.: Ну почему же мало дел. Даже в Тульской области наберется с десяток. Свежий приговор оглашен недавно в Заречье, штраф — 140 тысяч на троих.

Ю.Г.: Можете мне ссылку сбросить?

И.П.: Информация об этом есть на сайте суда. А вы что же специально решили изучить судебную практику по делам о лжесвидетельстве?

Ю.Г.: Пришлось изучить. Я буду обжаловать постановление о возбуждении уголовного дела. К этому надо подготовится, я только в среду получил от адвоката Лазарева копию протокола судебного заседания, но жалоба обязательно будет подана в Басманный районный суд г. Москвы. Если бы доследственную проверку провели надлежащим образом, я уверен, что все вопросы были сняты на стадии возбуждения уголовного дела. Но кому-то надо сгустить краски.

Ирина Парамонова, «Молодой коммунар», 08.04.2011  


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2017 ТАС
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru